Энциклопедия / Композиторы-классики / Айзек Дунаевский и Вилли Tokareff. Капитан, капитан, smile please.
Айзек Дунаевский и Вилли Tokareff. Капитан, капитан, smile please.
Фамилия «Дунаевский» давно уже прототипически ассоциируется с расцветом советской популярной песни и музыки. Между тем, эта фамилия изначально имеет очень глубокую транскультурную символику – европейскую и еврейскую. Река – это коммуникация, путь, транзит, обмен, а также процесс и течение. Дунай – один из центральных путей сообщения в Европе и символ связи между многими культурами, преимущественно восточно-европейскими, но не только. Что касается еврейской традиции, то «Дунай» – это важный хасидский нигун, медитативное песнопение. Возможно, слово «Дунай» возникло в припеве этого нигуна потому, что его мелодия была частично заимствована евреями у южно-европейских соседей. Впрочем, в этом звуке невольно слышится и «Адонай» – одно из тех имён Всевышнего, которые могут использоваться в песне.
Несмотря ни на что, даже самые очевидные детали биографии Дунаевского мало известны. Коротко. Ровесник века. Родился, по нынешнему, за границей – в Полтавской губернии. Получил консерваторское образование в культурно-транзитном Харькове, самом русском из всех украинских городов. Умер в 1955 году, на два года пережив «великую эпоху». Автор – вы сейчас удивитесь – не двух-трех, а целых двенадцати оперетт. В сороковые годы – худрук ансамбля ДК железнодорожников. Постоянное сотрудничество с Лебедевым-Кумачом, Матусовским, Светловым сделало его автором главных песен советских людей – «Марша энтузиастов», «Веселого ветра», «Каховки», «Песни о Родине». Практически именно он создал архетип пост-романсовой советской песни. Тогда ещё не было ни Окуджавы, ни бардов вообще, а звёзды дореволюционного кабаре пели танго и фокстроты в кабаках Парижа, Харбина, Бухареста, Нью-Йорка. В нашей стране нет человека, который хотя бы на подсознательном уровне не знал бы его мелодику. Возможно, Дунаевский, сам того не зная, сделал для формирования положительной советской идентичности больше, чем все идеологические тексты, от «Апрельских тезисов» Владимира Ильича Ленина до документов XXXVII съезда КПСС.
Бесспорно, он был и одним из великих композиторов лёгкой оркестровой музыки. Наверное, с тех пор никто у нас и не сделал таких отличных аранжировок. И это при тех весьма ограниченных, сравнительно с нынешними, технических возможностях. Он правильно заполнял все звуковые частоты, выдавая помимо рафинированной аранжировки, всю необходимую полноту музыкальных смыслов. То, что он стал классиком, очевидно. То, что пережил все идеологические перипетии нашей истории, почти невероятно. Всё это сближает его с Вилли Токаревым – неутомимым пропагандистом шедевров оркестровой лёгкой музыки, автором множества популярных шлягеров, путешественником, бывшим моряком дальнего плавания. Хорошо известна отнюдь не постановочная фотография Вилли в образе капитана, как бы сошедшего прямо из песни Дунаевского. «Он объездил много стран» и теперь улыбается, наконец осуществив то, к чему призывает песня. Капитан, капитан.
Статья опубликована: 11 сентября 2006
